среда, 22 января 2014 г.

Власти Туркмении могут поставить страну на счетчик

Михаил Шейнкман
В любой другой стране эта новость, не исключено, привела бы к революционной ситуации. Но мир другой такой страны не знает, где так вольно с газом и у всех. Поэтому сравнивать Туркмению не с кем. Пока. Хотя президент Бердымухамедов обещает, что и после перехода на режим экономии государство ничуть не разочарует свое население.
Впрочем, ему и не надо было это уточнять. В Туркмении верят в мудрость и гений своего правителя, ничуть не сомневаясь: все, что он ни делает, к лучшему. Даже если решил — ни много ни мало — отказаться от, пожалуй, самого главного социального завоевания республики — практически бесплатной коммуналки.

Для бережного и рационального использования природных богатств вообще, и газа в частности глава государства распорядился ввести лимиты на его потребление. Все, что сверх того, — за деньги. Туркмению ставят на газовый счетчик. Он должен появиться в каждой уважающей себя и государство семье. По его показателям, собственно, и станут взимать плату за сверхнормативный расход. Наверное, примерно так СМИ будут объяснять гражданам необходимость и принцип действия режима экономии.
Бердымухамедов поручил подготовить информационные материалы для населения о важности всех этих мер. Ликбез действительно необходим. В республике выросло целое поколение, которое не знает, что значит платить за газ. С 1993 года он здесь ничего не стоит. Так в свое время постановил первый президент — Великий Сапармурат Туркменбаши. Для него в этом была иллюстрация человечности и социальной уникальности его власти.
Бесплатным газом, электричеством и даже дефицитной в этих местах водой он компенсировал населению недостаток элементарных прав, свобод и прочих достижений современной цивилизации. Закрытая от всего мира, страна, если и варилась в собственном соку, то и на собственном абсолютно бесплатном топливе. Для Ниязова безвозмездное обеспечение внутренних потребностей было еще и доказательством безграничных возможностей его государства, позволяющих ни в чем себе не отказывать.
Решение Бердымухамедова не порождает сомнения в их несметности. Но только потому, что, например, скептически настроенные эксперты и прежде считали потенциал газовых кладовых слишком преувеличенным. Хотя и они признают, и того, что подтверждено, не на один век хватит. Однако видимо, не всем сразу.
Ашхабад не скрывает намерений выйти на лидирующие позиции по экспорту газа. Он прорабатывает Китай, не говорит «нет» Европе. И, вполне вероятно, что новая установка президента — это сигнал к перераспределению потоков с большим акцентом на внешнего потребителя. Хотя нельзя исключать и того, что Бердымухамедов, на самом деле, решил перевоспитать своих подданных, научить их рачительности и эффективности.
Когда-нибудь в Туркмении должны были понять, что внутренняя газовая филантропия лишает страну до 5 миллиардов долларов в год. Впрочем, кардинальными изменениями системы хозяйствования платный газ даже не пахнет. Уже было одно государство, в котором экономику объявляли экономной. И это ничуть не повлияло на ее характер. Ашхабад не отказывается от политики с человеческим лицом. Ведь оно здесь еще долго будет оставаться первым.
Продолжит эксперт по Центральной Азии Андрей Грозин.
Шейнкман: Как вы думаете, почему президент Туркмении решил отказаться от, наверное, самого главного завоевания республики за все годы ее независимости?
Грозин: Это не одномоментный процесс. От некоторых так называемых «социальных завоеваний» республика отказывается поступательно в течение последних 2-3 лет. Сейчас дошла очередь до газа. Я думаю, это произошло потому, что республика, с одной стороны, завышала возможности своего топливно-энергетического комплекса. Практически каждый год шла пиар-накачка газовых ресурсов.
С другой стороны, республика взяла на себя серьезные обязательства по предоставлению своего топлива международным компаниям, в первую очередь, китайским. По кредитам, которые были получены, наступает время отчитываться, а свободного газа не хватает.
Шейнкман: Но в Туркмении за 20 лет независимости не привыкли платить за газ. Эта мера может отразиться на социальном настроении?
Грозин: Я не думаю, что следует теперь ожидать каких-то социальных взрывов, во всяком случае в краткосрочной перспективе. Население достаточно аполитично, оно привыкло к тому, что государство периодически усложняет для него жизнь. Серьезной политической активности в Туркмении пока нет, я не думаю, что ситуация пойдет дальше роста внутреннего недовольства. Другое дело, что по мере того, как рост социального давления на население будет возрастать, как в последние годы, вполне возможно, что настроения в обществе будут меняться к худшему.