среда, 5 февраля 2014 г.

За блестящими фасадами новых медицинских центров – безнадежность больных и некомпетентность врачей…

С миру по нитке…
В последнее время часто встречаются в социальных сетях крики о помощи детям-туркменистанцам, детям больным раком. Отчаявшиеся родители взывают к соотечественникам с просьбой, помочь кто чем может. Зачастую речь идет о нескольких десятках тысяч долларов США или Евро для лечения за рубежом. И земляки откликаются, пытаются делиться хоть немногим, чтобы дать ребенку шанс на выживание.

Что заставляет идти родителей на такой шаг? Что предпринимают отечественные медики? Как рассказал нам отец девочки по имени Адель, туркменские врачи помочь их семье не смогли. В возрасте пяти лет у малышки диагностировали лейкемию — рак крови. Диагностировали не в Туркменистане, а в Турции. Ровно год невозвратного времени потратили родители в туркменских клиниках, к сожалению местные врачи не смогли поставить точный диагноз. Турецкие врачи поставили диагноз и назначили лечение и посоветовали немедленно начать его по прибытии в Туркменистан. Семья вернулась домой, в онкологическом центре препаратов для лечения ребенка не было, их можно было заказать в России. Лекарства оказались настолько дорогостоящими, что собирали средства силами родственников, друзей, знакомых и просто неравнодушных людей. В том числе и через социальные сети. Денег в конце концов собрали достаточно, однако спасти девочку не удалось. Несвоевременно поставленный диагноз и неправильная диагностика туркменских врачей, сыграли роковую роль, болезнь была уже в запущенной стадии. Адель умирала дома, на глазах старших братьев и сестер, даже помучиться успела, как сказал ее отец. В клинике ее оставить отказались, и мотивировали это тем, что помочь уже нельзя.
Онкология – страшный приговор. Страшно вдвойне, когда подобный диагноз ставится детям. К сожалению, в современных реалиях Туркменистана, родители зачастую остаются один на один с бедой. Можно только гадать, почему государство занимает такую абстрагированную позицию в этом вопросе? Ведь во всем цивилизованном мире, онкологические больные получают бесплатное лечение, а их родственники бесплатную психологическую помощь. Но факт остается фактом, и финансовое, и моральное и административное бремя ложится на плечи близких людей.
Так почему государство не может, или не хочет помогать больным? Или может не имеет действующей социальной практики помощи заболевшим раком людям?
Дорого и со вкусом
В финансовой состоятельности Туркменистана сомнений нет. Власти с размахом тратят бюджетные деньги на возведение различных объектов. В 2009 году в Ашхабаде был открыт новый Онкологический центр в 12 этажей и стоимостью 45 миллионов долларов США (на фото). Клиника рассчитана на 150 мест. По официальной версии в современном центре есть все: радиодиагностическое и радиотерапевтическое отделения, а также отделения эндоскопии, биопсии, химиотерапии, анализа, прогнозирования, интенсивной терапии, реанимации и операционное отделение. Есть детский стационар и отделения общей онкологии и онкологии опухолей головы и шеи, гематологии, химиотерапии и лучевой терапии.
Центр оснащен современным оборудованием для диагностики, лечения и хирургии. Ну и условия пребывания в этой клинике, как и во многих других вновь открытых в Туркменистане, соответствуют высоким стандартам. Это и понятно, 45 миллионов долларов США на одну клинику – это фантастическая сумма. Не нужно быть экспертом в строительстве, чтобы понимать это. Современное информационное пространство позволяет многое – достаточно просто зайти на интернет-ресурсы, объявляющие тендеры на строительство различных объектов и поинтересоваться в какую сумму обходится строительство онкологического центра. Цены варьируются от 12 до 35 миллионов долларов США. Для сравнения, 35 млн. долларов стоит онкологический центр из 11 корпусов – по сути целый медицинский городок — с самым современным оборудованием, который возводиться в России в городе Иркутске, тендер на его строительство выиграла российская же строительная компания “Медикал Инжиринг” (Санкт-Петербург), а к проектированию и консультациям подключались специалисты из Европы.
К чему эти параллели? Просто к тому, чтобы задуматься, оправдан ли экономически объект стоимостью в 45 млн. долларов США – пусть даже с самой современной начинкой, — который представляет собой одно 12-ти этажное здание. Да и была ли необходимость в строительстве нового, при наличии множества уже существующих? Следует отметить, что новый Онкологический центр в Ашхабаде, как и многие другие объекты, был построен турецкой компанией “Полимекс”.
Куплю диплом и место
Отсутствие квалифицированных медицинских кадров – известный факт в Туркменистане. Повлиял на сложившуюся ситуацию ряд причин: это отчасти и отток квалифицированных врачей не туркменской национальности, которые вынуждены были уехать из Туркменистана. Отсутствие обмена опытом и возможности повышения квалификации для нынешних медиков. Последствия реформ образования, проводимых прежним президентом — Ниязовым, когда обучение в вузах урезалось, а профильные дисциплины подменялись изучением написанного им духовного трактата Рухнама. Известно, что Медицинский Институт, Вуз престижный, и учатся там в основном дети “не бедных” родителей, которые в состоянии заплатить взятку за поступление чада в институт. Наличие знаний при этом, не имеет никакого значения. Коррумпированность преподавателей и возможность “купить” любой экзамен, не добавляют профессионализма будущим туркменским врачам. Подобным образом обстоит дело и с трудоустройством новоиспеченного лекаря – место в престижной клинике или больнице, тоже можно получить, заплатив определенную сумму денег.
Один из немногочисленных врачей, который согласился дать нам комментарий, отметил следующее: зачастую у детей, поступающих в онкологический центр, приходится констатировать запущенные стадии заболевания, когда медицина уже бессильна. Происходит это по ряду причин, одна из них дефицит профессиональных кадров-онкологов, образованных и подготовленных в соответствии с современными требованиями. К сожалению, не так уж редки (даже в столице, не говоря уже о периферии) случаи неграмотной диагностики и, как следствие, неквалифицированное лечение и необратимые осложнения, ведущие к летальному исходу.
Программа “Здоровье” для здоровых?
Все эти блестящие, мраморно-стеклянные медицинские центры, открываются в рамках принятой президентом программы “Саглык” – Здоровье. И призваны служить на благо народа. Все лучшее для людей! Но это все в теории, а на практике? Что могут предложить новые клиники кроме зеркального блеска и чистоты? А на практике оказывается что ситуация близка к критической. Получение страшного диагноза сопряжено для туркменских граждан с рядом других проблем: где лечить, как лечить и на какие деньги лечить?
Как это не абсурдно звучит, в Туркменистане есть все: и программа здравоохранения, и новые современные медицинские центры, но при этом лучше оставаться здоровым, поскольку столкнувшись с болезнями, рассчитывать приходится не на программы и клиники, а на собственные силы.
Президент Бердымухамедов, должен быть хорошо осведомлен о состоянии национального здравоохранения, это его Вотчина, он сам в недавнем прошлом министр этого ведомства. Он не имеет права не знать. Как же так получается, господин Президент, что 45 миллионов долларов на клинику есть, а денег на лечение онкологически больных детей – нет? Почему в стране, обладающей значительными запасами природных ресурсов, доходов от которых хватило бы на солидный социальный пакет для граждан, не хуже чем в развитых странах Европы – умирают дети, которым можно было бы помочь? Почему, их сломленные горем родители находятся в унизительном положение просителей? Почему туркменистанцы, услышав о серьезном заболевании, предпочитают зарубежные клиники? Люди едут лечиться кто в Иран, кто в Турцию, кто в Россию, кто в Европу. У кого на что хватает средств. А миф о бесплатной медицине отдается глухим эхом в зданиях блестящих и пустых современных туркменских медицинских центров.
И сколько бы не декларировали туркменские власти счастье и всеобщее благополучие, за фасадом помпезных беломраморных зданий скрывается крах и безнадежность системы.
Айша Бердыева