четверг, 23 октября 2014 г.

Туркменистан в нестабильном регионе – плюсы и минусы изоляционизма

Дмитрий Михайличенко
Текущую геополитическую и геоэкономическую конфигурацию всей Центральной Азии как региона обуславливают совокупность экзогенных факторов, важнейшими среди которых являются:
1.Сокращение контингента Международных сил содействия безопасности (МССБ) в Афганистане.
2.Проекция украинского кризиса и фактора «Исламское государство» на страны региона.
3.Ослабление позиций рубля и взаимосвязанных с ним курсов национальных валют стран региона.

Все эти факторы оказывают серьезное влияние на текущее развитие государств региона. Даже в таком стабильном и богатом государстве как Казахстан в начале 2014 г. произошла резкая девальвация тенге, а сейчас эксперты ожидают еще одну волну девальвации.
Действительно ослабление позиций рубля сказалось на покупательных способностях жителей не только Таджикистана и Кыргызстана, но и Казахстана и Узбекистана. А вот говорить о влиянии этого фактора на экономику Туркменистана трудно, так как эта страна существует, прежде всего, за счет продажи своих углеводородов, причем по фиксированным ценам.
Внешняя торговля Туркменистана слабо диверсифицирована: Ашхабад импортирует в основном газ. Основными партнерами Туркменистана являются Китай, Турция, Россия. Также все больше взаимопонимания Ашхабад находит с Республикой Беларусь. Во взаимоотношениях с государствами Центральной Азии у Туркменистана наиболее благоприятный режим для сотрудничества с Узбекистаном. На конец октября 2014 г. запланирован официальный визит Ислама Каримова в Туркменистан, по итогам которого будет подписан ряд соглашений, а стороны сделают совместное заявление.
Представляется, что цели визита Каримова лежат отнюдь не только в плоскости торгово-экономических отношений. Дело в том, что в Узбекистане и Туркменистане (которые не входят или слабо проявляют свое членство в организациях обеспечивающих безопасность региона, таких как ОДКБ и ШОС) все отчетливее начинают испытывать риски от возможного экспорта нестабильности из Афганистана, а также в связи с проекцией фактора «Исламского государства» на Центральную Азию.
Для афганских талибов, базирующихся в северных и северо-западных провинциях (Фарьяб, Багдис, Джаузджан) Туркменистан, имеющий плохо охраняемую границу с Афганистаном представляет собой лакомый кусочек.
О том, что в Ашхабаде действительно озабочены сложившейся ситуацией свидетельствует предпринимаемые шаги Ашхабадом шаги по укреплению границы с Афганистаном. Однако такие действия вряд ли могут быть эффективными, или скорее достаточными, в плане предотвращения угроз экспорта нестабильности из Афганистана. Более того, если боевики из «Исламского государства», которому недавно присягнули на верность талибы и боевики из Исламского движения Узбекистана, найдут прибежище в Афганистане, риски для Туркменистана многократно вырастут. «Исламское государство» имеет прочную материальную базу в Ираке и Сирии, а для экспансии в Центральной Азии контроль над богатым Туркменистаном представляется наиболее удобным вариантом.
Неслучайно Президент Туркменистана Г. Бердымухамедов принял участие в качестве приглашенного гостя в душанбинском Саммите ШОС в сентябре 2014 г. В частности Аркадаг отметил ключевую роль ШОС в вопросах сохранения и укрепления стабильности и безопасности региона. Более того, на Саммите в Душанбе Г. Бердымухамедов проявил некоторое стремление к отходу от позиции «безбилетника» (актор, желающий получать преимущества от коллективного блага, но не желающий за это платить) в вопросах региональной стабильности. Ашхабад предложил свое политическое пространство для организации процесса межафганского политического диалога под эгидой ООН и с привлечением ШОС.
У Туркменистана еще со времен С. Ниязова были хорошие коммуникативные, в том числе и неформальные, инструменты взаимодействия с Афганистаном. Однако ситуация в последнее время свидетельствует, что эти методы народной и неформальной дипломатии начинают давать сбой. В этой связи наметившееся обращение Туркменистана к более институционализированным формам взаимодействия в секторе безопасности напрашивалось давно. Другое дело насколько изолированный и замкнутый в себе Туркменистан готов развивать это сотрудничество. Почерк внешней политики постсоветского Туркменистана показывает, что стремление к сотрудничеству с ШОС и ОДКБ Ашхабад будет проявлять только в крайнем случае. Пока же в Ашхабаде надеются, что отдельные вылазки боевиков, так и останутся разрозненными акциями, неспособными повлиять на безопасность страны. Однако за такой позицией скрывается серьезный риск. Борьба с экстремизмом и терроризмом требует проактивных действий, направленных на упреждающее предупреждение угроз. Бездействуя в этом направлении, Ашхабад рискует упустить точку невозврата, которая обернется тем, что Туркменистан останется один на один с талибами и боевиками «Исламского государства».